May 1942 — Separation
Transcription (SCAN0169)
…Я обращалась к коменданту, чтобы тот нас определил, и тот дает нам старика говоря что мы будем вдвоем у него работать, но где же спать — неизвестно. […] он говорит “Kom baci mir” и мы последовали, как слепые. Придя на вокзал в 4 часа дня — с десяти не ели — он спрашивает будем ли кушать, я ничего не ответила бросив на него небрежный взгляд, он конечно понял, что будем.
Transcription (SCAN0171)
…Едем красивым, густым аккуратным лесом. Два немца осыпают вопросами которые я не [все] понимаю, но я отвечаю. Реля Ш. конечно ничего не понимает и мне приходится каждое слово ей переводить.
Подъезжаем к одному из домов и старик сойдя с фаэтона приглашает Релю Ш. сойти и она сходит говоря мне идти, но я как прикованная к месту не могу подняться, слезы ручьем хлынули из глаз. Я не говорила Рае, что мы ведь не вместе. И тут с Раёй происходит тоже что и со мной — и она взяв свой [узел] скрывается у каменных ворот.
Context
The commandant assigned Raisa and her companion Реля Ш. (Raya) to an old farmer who told them to follow with the German words “Komm bei mir” (Come with me). They hadn’t eaten since 10 AM; it was 4 PM. They followed “like blind people.”
The farmer drove them by horse-drawn carriage through beautiful forest. At one farmhouse, he stopped and invited Raya to get off. Only then did Raisa understand — they would not be together. She couldn’t stand up. Tears streamed from her eyes.
Raisa already understood German and translated for Raya, who didn’t. This language ability would later save her — Germans would mistake her for one of their own.
Raya was placed at a neighboring farm across the road, where the farmer ran a beer hall.
Source: SCAN0169, SCAN0171 (Diary notebook №1)